Томми Зафэрес: из триатлета в фотографа ITU

Кажется, в штате сотрудников ITU появился хороший фотограф. Его зовут Томми Заферес, и он муж Кэти Заферес, члена сборной США по триатлону, которая всем хорошо известна. Кажется, что наконец-то это случилось – фотографии с гонок ITU, этапов кубка мира и чемпионатов мира на коротких дистанциях выглядят не просто как фотоотчет старта для прессы. 

Томми – бывший член сборной США по плаванию и участник Олимпийских игр в Пекине в 2008. Затем он переключился на олимпийский триатлон в 2010 году и достаточно успешно гонялся на кубковом уровне. Но в 2015 году на Рождество Кэти подарила ему камеру, а так как родители Томми всю жизнь работают свадебными фотографами, его навыки быстро проснулись. Так он продолжад ездить с женой по стартам последние 2 сезона, помогал ей и заодно делал снимки. А теперь он официальный фотограф медиаотдела Международного союза триатлона!

Сам Томми Зафэрэс называет свой стиль фотографирования "Storytelling" ("рассказ историй"). Ему нравится возможность захватить индивидуальный образ атлета в уникальном ракурсе и моменте, чтобы передать смотрящему то, что чувствует и переживает сам атлет.

Ниже коллекция 15 фотографий, которые отобрал и прокомментировал Том за сезон 2017 года.

Финишный спринт – самый эмоциальный момент, как для болельщика, так и для атлета. Это эпизод с этапа в Абу-Даби, когда на последних метрах Хьюитт обгоняет Стимпсон. Но тут выбран правильный изометрический ракурс, который я нашел только на VIP-трибуне, где обычно не сидят фотографы. Это тоже снимок из Абу-Даби, на нем атлет как будто бы застывает в момент прыжка на велосипед после выхода из Т1. Это технически сложный элемент, который был запечетлен так, что атлет на нем выглядит немного неловким. Хотя это не так.

Обычно океан – отличное место для цветных фотографий, но на Кубке мира в  Новом Плимуте, Новая Зеландия, погода была пасмурной и серой. Увидев серые скалы и серую воду, я подумал, что это буду ч/б фотографии. Эти факторы, плюс отлив создали ощущения, что атлеты бегут по поверхности воды.

Когда зрители кричат с трибун "Молодец, ты почти на финише, давай-давай" на первом круге велоэтапа, это сводит атлета с ума... Мне кажется, Йонас Шомбург так посмотрел на меня, потому что подумал, что это я ему крикнул.

Йокогама была самым сложным, холодным, дождливым этапом для съемок. Мои камеры промокли и я не мог видеть, что уже наснимал. Хорошо, что не сколько фотографий все же получились сквозь ту пелену воды, которая заполонила всё. 

Этап в Йокогаме изобиловал зеленой растительностью, которая ярко констрастировала в условиях нехватки света и высокой влажности. 

Я тренировался с Марио и Ричардом с 2013 года, так что было особенно приятно теперь взшлянуть на них через видоискатель фотоаппарата. К тому же в такой момент.

Никого так не волнует лужа, как фотографа. Я очень возбуждаюсь, когда вижу классную лужу на гонках. 

Единственный минус луж – они всегда неудобны для съемок и нужно уметь вовремя нажать на курок. 

В Монреале было так много людей, что мне пришлось бюуквально пробиваться на пешеходный мост среди толп людей. Сложность этого снимка была в том, что движение облаков постоянно меняли освещение и композицию, а еще люди иногда толкали меня. Хорошо, что в момент старта все сложилось. 

Когда я случайно проходил мимо этой арки в Монреале, идея фотографии здесь сразу пришла мне на ум. Единственная сложность заключилась в том, чтобы понять, когда атлет проедет здесь. Но там скорость была около 40 км/ч, а этот снимок получился с первого раза.

В Стокгольме классная архитектура и пейзажи, но мне нравится эта фотография атлета, фон за которым оттенен как раз красивыми зданиями. 

В Роттердаме было так много гонок в рамках Чемпионата мира, чтобы было сложно чем-то выделиться среди других фотографов. Поэтому я встал за деревьями.

Делать индивидуальные фотографии атлетов в момент прыжка с понтона довольно сложно технически. Но в Туньчжоуане я был уж официальным фотографом ITU и поэтому находился в довольно выгодной позиции для такого рода снимка.

Я всегда хотел, чтобы фотография на станции питания была настолько живой, что сама бы хватала воду. В Миядзаки я поставил целью сделать такую фотографию. Вот что из этого вышло.